Человек слова

Я буду звать Его Комета. Это было Его прозвище, когда мы только познакомились. И Ему очень шло. Почему Его звали именно так, понятия не имею. Но могу представить сотню причин: потому что кометы неуловимы. Потому что от них исходит жар. Потому что оставляют после себя длинный светлый след. Потому что кажутся очень лёгкими, легко проходят свой путь, как Он, с Eго лептосомным сложением, с телом длинным и стройным, когда смотришь издалека. Потому что, как и прочие небесные тела, Он постоянно вращался по орбите, хотя и оставалось небольшое подозрение, малюсенькая вероятность того, что Он может с неё сойти. Сонет, сочинённый не по канону. Портрет, написанный по памяти. Интимный, как признание, Честный, как исповедь. Высокий, как ода, И земной, как шутка. Этот роман распадается на части, ускользая от любых определений и жанровых дефиниций. Ведь кометы, распадаясь на части, проливают звёздные дожди. И кто‑то, здесь и сейчас, кромешно тёмной ночью, их ждёт. И они всегда проливаются